Авангардистская канцелярия

2015

‍

Проект Анатолия Осмоловского обращается к метафоре канцелярской принадлежности и с долей иронии сводит на нет ее практическое применение. Представленные на выставке объекты в своей детальной проработке относят к предметам бумажного обихода, чей облик не сменялся на протяжении десятилетий и прочно врезался в память постсоветского человека. Точность в исполнении при ближайшем рассмотрении оборачивается подвохом и придает узнаваемым образам характер абсурда. Линейками невозможно ничего измерить, в папки невозможно ничего положить, а листы бумаги, которая не рассматривается в качестве писчей принадлежности, таят в себе заметный только на свету рисунок в виде водяного знака. Очевидная непрактичность и игра со штампом в работах современного художника Осмоловского сообщает им подрывной характер в духе авангардистских манифестов начала ХХ века. Выставка выступает определенным комментарием к теоретическим трудам и крупным художественным проектам автора, посвященным судьбе авангарда в наше время ("Смерть модернизма в России", Анатолий Осмоловский в соавторстве с Александром Кутовым, при участии Ирины Петраковой, Виталия Барабанова, Александра Плюснина в рамках основного проекта 6-ой Московской Биеннале современного искусства).Объекты, представленные в рамках «Авангардистской канцелярии», своим исполнением отсылают к основным вехам творческого пути автора. Новая серия деревянных линеек развивает идею одного из первых проектов, ознаменовавших переход от нонспектакулярного искусства к объектному в творчестве Осмоловского – набора из двух алюминиевых линеек «Новый стандарт» (2002). Бумага была избрана в качестве медиума в такой серии «объектного» периода, как «Билеты в рай» (2006), посвященной протесту населения против монетизации льгот. И, наконец, форма дермантиновых папок – освобожденная от фурнитуры и стволов башня танка – является знаковой в контексте скульптурных практик автора. Также примечательно то, что новый проект сохраняет основополагающий для Осмоловского принцип серийности: каждый из объектов принадлежит серии аналогичных объектов, что ставит его в амбивалентную позицию между уникальностью и тиражируемостью. При неизбежном отделении объекта от серии нарушается эфемерная целостность, первоначальный вид, подобно тому, как это происходило в перформансах, задавших тон практикам Осмоловского с начала 1990-ых годов.

‍

‍